Фотограф Леонид Андреев

Фотограф Леонид Андреев

Александр Старков

краевед

Опубликовано с разрешения автора.

ЛЕОНИД АНДРЕЕВ – ФОТОГРАФ

Удивительно, но будучи совершенно творческой, гуманитарной личностью, Леонид Андреев был одновременно необычайно прогрессивным, техническим человеком. В нем абсолютно гармонично уживались эти малосочетаемые свойства – творческое и техническое. Конечно же, известность и славу ему принесла его деятельность в качестве писателя и драматурга, он написал десятки рассказов и повестей, 28 драм и три романа, но с не меньшим успехом могла сложиться его карьера как юриста или художника. Он жил в ногу со временем, его интересовало и увлекало все новое, передовое, прогрессивное. Его дом на Черной речке (вдумайтесь, ведь это было в начале прошлого века!) был оборудован водопроводом и канализацией, в доме было электричество и телефон, а еще были велосипеды, граммофоны, моторные лодки и яхты. Увлечений было много, но особое место среди них занимает увлечение фотографией.

C:\Users\Alexandr\Desktop\Статья об Андрееве\3а1903.jpg

Автопортрет в зеркале и стереофотоаппарат Кодак с двумя объективами

Первые фотоаппараты появились у Леонида Андреева уже в 1902 году. Вначале их было два: один простой – с одним объективом, а другой необычный – с двумя объективами, предназначенный для съемки стереофотографий. Позже появились и другие аппараты, большие, похожие на ящики, но зато позволяющие использовать для съемки фотопластины большего размера.

О доме и жизни Леонида Андреева на Черной речке написано много. О нем подробно рассказывается в повестях его детей – Вадима и Веры Андреевых – «Детство» и «Дом на Черной речке», его описывают в своих воспоминаниях друзья, родственники и современники писателя, среди них: К.И. Чуковский, Скиталец, М.К. Куприна-Иорданская, И.А. Белоусов; много записей посвящено дому в дневниках и письмах самого Леонида Андреева. Но лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, поэтому лучшее представление об андреевском доме на Черной речке дают фотографии. Их много, среди них работы таких маститых фотографов как Карл Булла и Михаил Никитин, есть даже фильм, снятый в 1910 году Александром Дранковым, но наибольшее количество фотографий дома, его интерьеров, членов этой большой и дружной семьи, друзей и ближайших окрестностей, сделано самим Леонидом Андреевым.

Об увлечении Леонида Андреева фотографией знали все без исключения друзья, коллеги и соседи, причем большинство из них воспринимали это увлечение как чудачество. Вот несколько цитат.

Федор Федорович Фидлер (коллекционер, собиратель частного «литературного музея»), посетивший Леонида Андреева в 1905 и в 1910 году вспоминает:

10/23 июня 1905 – «… день у него <…> проходит незаметно: он фотографирует, ездит на велосипеде, катается на лодке, стреляет из монтекристо…»[1].

9 августа 1910 – «Он (Андреев) страстно увлечен цветной фотографией. Специально для меня, то есть для моего “музея”, жена сфотографировала его на веранде и приблизительно через час вручила мне готовую стеклянную пластинку (стереоскопическое двойное изображение). Уникальный экземпляр. Она отдала мне со вздохом, потому что Андреев на этой фотографии вышел очень удачно»[2].

Вадим Андреев, старший сын Леонида Андреева, вспоминает:

«Фотографическими пластинками, сперва обыкновенными, черными, потом цветными, заполнялись целые шкафы. В лаборатории, устроенной под лестницей, ведущей на чердак и получившей название “палата № 6”, отец проводил целые дни, – как настоящему фотографу ему наивысшее удовольствие доставлял процесс проявления. Пускай нещадно коптила лампа перед маленьким красным окошечком, ему было все равно <…>, часами, не зная усталости, даже забыв о папиросах, отец проявлял, пока не кончался запас снятых за день пластинок»[3].

А вот как описывает увлечение Леонида Андреева цветной фотографией Корней Иванович Чуковский:

«Казалось, что не один человек, а какая-то фабрика, работающая безостановочно, в несколько смен, изготовила все эти неисчислимые груды больших и маленьких фотографических снимков, которые были свалены у него в кабинете, хранились в особых ларях и коробках, висели на окнах, загромождали столы. Не было такого угла в его даче, который он не снял бы по нескольку раз. Иные снимки удавались ему превосходно – например, весенние пейзажи. Не верилось, что это фотография, – столько в них было левитановской элегической музыки.

В течение месяца он сделал тысячи снимков, словно выполняя какой-то колоссальный заказ, и, когда вы приходили к нему, он заставлял вас рассматривать все эти тысячи, простодушно уверенный, что и для вас они источник блаженства. Он не мог вообразить, что есть люди, для которых эти стеклышки неинтересны. Он трогательно упрашивал каждого заняться цветной фотографией.

Ночью, шагая по огромному своему кабинету, он говорил монологи о великом Люмьере, изобретателе цветной фотографии, о серной кислоте и поташе… Вы сидели на диване и слушали»[4].

Обратите внимание – все они говорят о ЦВЕТНОЙ фотографии!!!

У нас уже сложился стереотип, что фото – и кинохроника до 70-х годов всегда представлена в черно-белых тонах. Возьмите в руки любой семейный альбом: вы не найдете там цветных фотографий этого времени, в лучшем случае, вам попадутся отретушированные и раскрашенные снимки. Фотографии военных лет или фотографии начала ХХ века – все черно-белые. А у Леонида Андреева они цветные! Оказывается, мир и в начале прошлого века был цветным!

Строго говоря, это были не совсем фотографии, это были автохромы, автохромы братьев Люмьер. Обычно братьев Люмьер упоминают как изобретателей синематографа, но, на мой взгляд, их метод автохрома заслуживает ничуть не меньшего внимания.

C:\Users\Alexandr\Desktop\Статья об Андрееве\auguste_et_louis_lumic3a8re.jpg

Изобретатели автохрома братья Люмьер.

Огюст Луи Мари Николя (1862-1954) и Луи Жан (1864-1948)

Так что же такое автохром?

В современной цифровой цветной технологии существует понятие растр и пиксель. Растрированное изображениеэто графическое изображение, представленное в виде точечной структуры – пикселей. Каждая точка (пиксель) имеет свой цвет и яркость. Именно этот метод разбивки изображения на точки, только цветные, и был положен в основу изобретения братьев Люмьер. В качестве таких точек (пикселей) они использовали гранулы высококачественного крахмала, окрашенные в три основные составляющие цвета (красный-зеленый-синий). Гранулы крахмала очень мелкие (0,01мм), прозрачные, легко окрашиваются и довольно эластичные.

C:\Users\Alexandr\Desktop\Статья об Андрееве\2 в тексте патент автохром.jpg В 1903 году братья Люмьер оформили патент на свое изобретение, а уже к 1907 году наладили массовое изготовление автохромов, которое в 1913 году достигало 6.000 пластин в день!

Фрагмент патента метода автохрома братьев Люмьер

Вот суть патента: на стеклянную подложку наносился слой прозрачного клея, поверх которого укладывались смешанные в определенной пропорции цветные крахмальные зерна в один слой: оранжево-красных – 3 части, зеленых – 4, сине-фиолетовых – 2 части. Промежутки между гранулами засыпались сажей (в дальнейшем гранулы прикатывались, заполняя «просветы» между ними), и получившийся сложный светофильтр закреплялся лаком, обеспечивая ему водонепроницаемость. Поверх лака в темноте наносилась фотоэмульсия. Таким образом, получалась фотопластина, при экспонировании которой со стороны стекла свет проходил через миниатюрные светофильтры, и за каждым таким светофильтром бромистое серебро становилось светлым или темным, в зависимости от цвета, находившегося перед ним зерна крахмала. Красное зерно пропускало красный цвет, зеленое – зеленый, голубое – голубой. Обработка проводилась по обращаемому процессу, в результате чего на эмульсии образовывалось растрированное позитивное черно-белое изображение, состоящее из серых пятен, расположенных за крахмальными цветными светофильтрами. При просмотре на просвет каждое пятно эмульсии окрашивалось цветом светофильтра, через которое оно было экспонировано, а за счет микроскопических размеров цветных гранул (0,01- 0,015 мм) растровая структура не была видна даже при увеличении самого снимка. Именно поэтому это была не совсем фотография, это был диапозитив. Но ЦВЕТНОЙ!!!

Нужно отметить, что в это же время существовали и другие методы получения цветной фотографии, например, метод С.М. Прокудина-Горского, также основанный на принципе цветоделения. Но для его реализации необходим был фотоаппарат особой конструкции, в котором специальная кассета с тремя различными светофильтрами и фотопластиной опускалась при съемке вниз, останавливаясь на секунду перед объективом, и экспонировалась. В результате такой процедуры появлялась серия из трех негативов, которые можно было тиражировать. В дальнейшем с негативов делались черно-белые диапозитивы, а для просмотра использовались специальные проекторы, позволявшие через соответствующие светофильтры спроецировать и совместить изображения на экран, в результате чего получалось полноценное цветное изображение. По своему принципу данная методика вполне подходила для полиграфии того времени. Типографское тиражирование осуществлялось способом трёхцветной фототипии, запатентованной еще в 1888 году, а с 1913 года уже применялась и новейшая технология офсетной печати. Метод съемки и обработки фотоматериала получался довольно сложный, трудоемкий и был под силу только специалистам.

В сравнении с описанным методом автохром обладал рядом преимуществ, главным из которых была возможность съемки за одну экспозицию, причем с использованием обычного фотоаппарата, а процесс обработки пластин автохрома практически не отличался от работы с черно-белыми фотографиями. Выпускались автохромы тех же размеров, что и черно-белые пластинки. Конечно, автохромы были значительно дороже черно-белых фотографий, но они были доступны.

К недостаткам автохромов нужно отнести сложность тиражирования, т.е. пластинки получались уникальными, и для повторения кадра требовалась новая пластина автохрома. Еще один недостаток появлялся из-за пониженной светопропускной способности крахмальных зерен, которые снижали светочувствительность фотопластинок почти в 60 раз, а это, в свою очередь, требовало более длительной выдержки при съемке, доходящей иногда до нескольких секунд. Это исключало возможность производить съемку движущихся объектов, но прекрасно подходило для получения портретных или пейзажных изображений. Иногда хаотичное расположение крахмальных зерен приводило к образованию пятен или незначительному искажению цвета, но простота использования автохромов перекрывала все эти недостатки.

Просматривались автохромы через специальные диапроекторы или диаскопы, хотя самым простым и доступным способом оставался просмотр на просвет.

На сегодняшний день известно около 440 автохромов Леонида Андреева разных форматов, но в основном это стандартные стереоскопические. Встречаются случаи, когда отдельные половинки стереоскопических снимков находятся в разных архивах. Большая часть автохромов, свыше 300 единиц, находится в Великобритании, в Русском архиве Лидсского университета. В 1989 году директор архива, Ричард Дэвис, выпустил на пяти языках в 6 изданиях (англ. в Англии и США, франц., итал., нем. и фин.) альбом «Leonid Andreev. Photographs by a Russian writer» («Леонид Андреев. Фотографии, выполненные русским писателем») с фотографиями и автохромами Леонида Андреева, представив писателя в новом качестве, в качестве фотографа, а пять лет спустя, в 1995 году, под его редакцией (в соавторстве с финским исследователем Беном Хеллманом) увидела свет книга «Андреев Л.Н. S.O.S.: Дневник (1914-1919). Письма (1917-1919). Статьи и интервью (1919). Воспоминания современников (1918-1919)». Две книги, появление которых переоценить невозможно. Дневники последних пяти лет жизни писателя, уникальные фотографии и первая возможность увидеть 80 его автохромов.

Несколько слов о том, как попали эти автохромы в Лидсский университет. Во многих источниках утверждается, что после смерти жены Леонида Андреева, Анны Ильиничны, большая часть автохромов хранилась у Саввы Леонидовича и была выкуплена у его вдовы Хуаниты Ричардом Дэвисом. На самом деле роль Ричарда Дэвиса в этой истории оказалась несколько иной – через своих аргентинских друзей он просто помог Валентину Леонидовичу получить от детей Хуаниты оставшиеся после смерти Саввы архивные материалы, но среди них не оказалось ни одного автохрома! Основная часть автохромов писателя хранилась в семьях его детей – Вадима и Валентина, и только после их смерти, уже их дети, приняли решение передать большую часть автохромов и архивов в Русский отдел Лидсского университета. И эта история достоверна потому, что поведал мне ее сам Ричард Дэвис.

Фонды Орловского объединенного государственного литературного музея И.С. Тургенева, в который входит дом-музей Леонида Андреева, насчитывают 56 автохромов, полученные в разные годы от потомков: Веры Леонидовны Андреевой, Ирины Григорьевны Андреевой-Рыжковой, Ольги Вадимовны Карлайл, Галины Андреевны Оль, Леонида Аркадьевича Андреева, Александра Серафимовича Вагина, Людмилы Николаевны Кен.

Около десяти автохромов хранятся в Пушкинском доме (ИРЛИ) и порядка 6 автохромов находятся в Гуверовском институте (США).

Все эти чудом сохранившиеся автохромы представляют бесценный материал. Время было безжалостно к ним. Стекло, являющееся основой автохромов, само по себе очень хрупкий материал, но еще большую проблему представляла цветная подложка, которая теряла цвет, рвалась и отслаивалась. И здесь не обошлось без помощи Ричарда Дэвиса. В России никто за восстановление орловских автохромов Леонида Андреева не брался, а он безвозмездно произвел их реставрацию в Англии. Такой заботой можно только восхищаться. В настоящее время мы можем видеть автохромы Леонида Андреева почти в первозданном виде.

Леонид Андреев фотографировал все, но условно его автохромы можно поделить на несколько тем: дети, жена Анна Ильинична, автопортреты, многочисленные портреты родственников и друзей, дом и его убранство, пейзажи и путешествия. Комментировать можно каждую фотографию, сделанную Леонидом Андреевым, но разместить в небольшой статье большое количество изображений невозможно, поэтому в качестве иллюстративного материала отобрана совсем небольшая их часть. (Некоторые из них – см. на цветной вкладке). Но даже эта крупица позволяет оценить художественный талант Леонида Андреева, почувствовать цвет и тепло этих старых фотографий, удивиться умелой, а иногда и смелой компоновке изображения. Необходимо уточнить, что сто лет назад отсутствовала возможность кадрирования и цветовой коррекции, а для съемки в ночных условиях и в темных помещениях требовалась довольно длительная экспозиция.

В этих фотографиях Леонид Андреев в полной мере раскрылся как фотограф-художник, не зря его друзья Илья Репин и Валентин Серов видели в нем не только замечательного писателя, но и высоко ценили его талант художника.

Автор выражает свою искреннюю признательность Ричарду Дэвису, Людмиле Николаевне Кен и Вере Витальевне Ефремовой за помощь в получении разрешения на использование фотоматериалов и уточнения, высказанные ими в ходе подготовки материала.

Автохромы воспроизводятся с разрешения:

– Русского архива в Лидсе (Лидсский университет, Великобритания), в аннотациях к фотографиям отмечены сокращенно (Лидский ун-т);

– БУКОО «Орловского объединенного государственного литературного музея И.С. Тургенева», отмечены (ОГЛМТ).

  1. Фидлер  Ф.Ф. Из мира литераторов: характеры и суждения. М.: Новое литературное обозрение, 2008. С. 403
  2. Фидлер Ф. Ф. Там же. С. 540
  3. Андреев Вадим. Детство». М.: Советский писатель, 1963. С. 61
  4. Чуковский К.И. Собр. соч. в 15 томах. Т.5. М.: Терра-Книжный клуб, 2001. С. 110.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *