«Почитателям таланта Михаила Пришвина» – «Старый фотограф. Усольские фотографии М. Пришвина»

«Почитателям таланта Михаила Пришвина» – «Старый фотограф. Усольские фотографии М. Пришвина»

Пришвин «промышлял» в Усолье фотографией. В годы жизни в Ярославской области писатель запечатлел жителей села Усолье не только в дневниках и литературных произведениях, но и на фотографиях. Это были годы, когда фотография помогала писателю зарабатывать кусок хлеба. Писатель «за хлеб и картошку» снимал детей и женщин в селе Усолье. Глядя на себя-фотографа со стороны, он записывает в дневнике: «Мне нравится этот простой старый человек, к которому все приходят запросто… говорят «ты».

 В военные годы трудно было сфотографироваться, а хотелось запечатлеть на память уходивших на фронт. Каждой женщине – матери или невесте — надо было послать на фронт свой портрет или портрет ребенка. Каждому новобранцу, уходящему в бой, надо было оставить свою карточку в доме. «Чем же плох этот мой труд — снимать карточки детей для посылки их отцам на фронт? И так все, всякий труд, если подходить к нему с особенным благоговением. Так я смотрел на себя фотографа со стороны, и мне нравился этот простой старый человек, к которому все подходят запросто и, положив ему руки на плечи, говорят ему «ты». Тогда мне думалось, я даже видел это, что именно благоговейный труд порождает мир на земле». «Фотография стала моим ремеслом. И я должен снимать так, чтобы мои снимки оставались знаком внимания моего к жизни».

Вот и шли к Пришвину люди. И никому писатель не отказывал. Фотографирование для семьи писателя было также хорошим подспорьем. Об этом можно судить по воспоминаниям Валерии Дмитриевны: «Конец зимы, весна и лето 1943-го года прошли у нас в походах на Ботик и в работе над «ленинградскими детьми». Работа захватила Михаила Михайловича и не позволяла тратить время на кормившую нас фотографию».

Каждой женщине – матери или невесте – надо было послать на фронт свой портрет или портрет ребенка. Каждому новобранцу, уходящему в бой, надо было оставить свою карточку в доме. «Чем же плох этот мой труд – снимать карточки детей для 202 посылки их отцам на фронт? И так все, всякий труд, если подходить к нему с благоговением. Так я смотрел на себя фотографа со стороны, и мне нравился этот простой старый человек, к которому все подходят запросто и, положив ему руки на плечи, говорят ему «ты». Тогда мне думалось, я даже видел это, что именно благоговейный труд порождает мир на земле». «Фотография стала моим ремеслом. И я должен снимать так, чтобы мои снимки оставались знаком внимания моего к жизни».

Сфотографировал писатель однажды Соню и Борю Александровых, ставших прототипами Настеньки и Митраши в «Кладовой солнца», с их собакой Дымкой. Никакой платы, конечно, не взял. Дети подписали фотографию и отослали брату на фронт. И вдруг однажды они получают солидный пакет, в котором находились все фотографии, когда-то присланные Александру. Он писал о том, что идут жаркие бои, неизвестно, как сложится его фронтовая судьба, и фотографии могут пропасть. И, действительно, вскоре пришла похоронка, в которой сообщалось, что Александр Павлович Александров погиб на станции Олонец.

Не обходилось и без курьёзов. Валерия Дмитриевна вспоминает: «Пришли к нам в Усолье сниматься мальчики. У одного на груди висели ордена. В комнате нашей стена не позволяла настолько отодвинуть аппарат, чтобы эти ордена вышли на фотографии.

«Что делать? – спросил Михаил Михайлович. – Если снимать ордена, отрежется верх головы, а если снимать голову, отрежутся ордена». «Режь голову! – ответил мальчик без колебания. «Готовые воины!» – восхищённо записывает в дневнике о подобных своих клиентах-мальчиках Пришвин-фотограф.