"Я заходил в церковь..."

"Я заходил в церковь..."

Бунинские места в Орле.

«Я заходил в церковь…»

 

          Бродя по Орлу, Бунин любил заходить в церкви, которые описал в романе «Жизнь Арсеньева». Эти церкви в романе не названы, но их можно определить на основе его постоянного маршрута прогулок по Болховской (ныне ул. Ленина) и Московской улицам. На Московской улице Бунин мог заходить в Крестовоздвиженскую церковь, которая в Орле считалась по числу прихожан самой посещаемой. Строительство церкви продолжалось с 1797 по 1836 год. Церковный двор был обнесён красивой чугунно-каменной оградой, В апреле 1861 года в этом храме отпевали героя Отечественной войны 1812 года генерала Алексея Петровича Ермолова. Теперь на месте церкви и территории церковного двора находятся кинотеатр «Родина» и сквер с памятником авиаконструктору Н.Н.Поликарпову. Итак, зайдём в Крестовоздвиженскую церковь вслед за героем романа «Жизнь Арсеньева»:

          «Потом я, по своему обыкновению, пошёл бродить по улицам. Увидев церковный двор, вошёл в него, вошёл в церковь, — уже образовалась от одиночества, от грусти привычка к церквам. Там было тепло и грустно-празднично от блеска свечей, жарко горевших целыми пучками на высоких подсвечниках вокруг налоя, на налое лежал медный крест с фальшивыми рубинами, перед ними стояли священнослужители и умиленно-горестно пели: «Кресту Твоему поклоняемся, Владыко…» В сумраке возле входа стоял большой старик в длинной чуйке и кожаных калошах, грубый и крепкий, как старая лошадь, сурово (в назидание кому-то) гудел, подпевая. А в толпе возле налоя стоял странник, тепло освещённый спереди золотым восковым светом. Он был пещерно-худ, склонённого лица его, иконописно тонкого и тёмного, почти не видно было за прядями длинных тёмных волос, первобытно, иночески и женски висевших вдоль щёк, в левой руке он твёрдо держал высокий деревянный посох, за долгие годы натёртый до блеску, за плечами у него был чёрный кожаный мешок, он стоял одиноко, неподвижно, отрешённо от всех. Я глядел, и опять слёзы навёртывались мне на глаза – от неудержимо поднимавшегося в груди сладкого и скорбного чувства родины, России, всей её тёмной древности».